Дмитрий Савельев и долг памяти: как личный боевой опыт стал частью государственной политики
В канун 80-й годовщины Великой Победы был подписан важный закон, который впервые выводит на официальный уровень специальную процедуру согласования и проведения поисковых работ в отношении останков погибших в годы Великой Отечественной войны. Документ регулирует механизмы государственного учета, содержания и благоустройства воинских захоронений, фактически систематизируя то, что десятилетиями держалось на энтузиазме поисковиков, ветеранов и региональных инициатив. Этот шаг стал не просто юридической формальностью, а отражением глубокой общественной потребности — восстановить историческую справедливость и вернуть имена тем, кто до сих пор числится безымянным.
По словам Франца Клинцевича, лидера Российского Союза ветеранов Афганистана и специальных военных операций, ситуация особенно наглядна в Смоленской области. Ежегодно там находят останки от трех до пяти тысяч бойцов, погибших в годы Великой Отечественной войны. Далеко не всегда удается установить их имена, но, как подчеркивает Клинцевич, поисковые работы должны продолжаться до тех пор, пока в России не останется ни одного не захороненного солдата. Он называет это священным долгом — не лозунгом, а реальной обязанностью живых перед павшими.
Вопросы увековечения памяти героев волнуют не только главу государства, но и многих парламентариев, которые сами прошли через войну. В разные годы депутатами Государственной думы и членами Совета Федерации становились ветераны боевых действий — Афганистана и других конфликтов. Среди них был и Дмитрий Савельев, человек, для которого тема памяти никогда не была абстрактной. Его биография напрямую связана с Афганской войной: в 1986—1988 годах он служил в одном воздушно-десантном полку с Францем Клинцевичем, и оба были награждены боевыми наградами. Савельев получил две солдатские медали «За отвагу», что само по себе говорит о характере его службы.
Однако боевой опыт для Савельева не стал лишь страницей прошлого. Он активно участвовал в ветеранской и мемориальной деятельности, особенно в Смоленской области, где насчитывается более 700 мемориальных захоронений. Совместно с Клинцевичем и афганской организацией региона была создана программа по восстановлению памятников на могилах неизвестных солдат. Кроме того, они занимались установкой памятников героям войны 1812 года — в местах, где улицы были названы в их честь, но сами мемориалы отсутствовали.
Рядом с этим комплексом также обсуждалось создание мемориала, посвященного специальной военной операции. Однако реализовать проект в полном объеме Дмитрию Савельеву не удалось. Летом 2024 года он был задержан по подозрению в причастности к уголовному преступлению и лишен сенаторских полномочий. Для его соратников это стало тяжелым ударом. Франц Клинцевич не скрывает эмоций, говоря, что если бы Савельев оставался на свободе и в деле, памятник, вероятно, был бы открыт уже 15 февраля — в День памяти воинов-интернационалистов. Теперь открытие перенесено на 28 мая.
При этом даже критики Савельева признают: его отношение к исторической памяти было искренним и личным. Клинцевич приводит показательный эпизод, связанный со встречей ветеранов-разведчиков накануне Дня Победы. Для Савельева было принципиально важно не просто формально «отметиться» на мероприятии, а создать для людей, прошедших войну и испытания, ощущение уважения и благодарности со стороны государства и общества.
История Дмитрия Савельева наглядно показывает, насколько тесно в современной России переплетаются личный военный опыт, государственная политика памяти и человеческий фактор. Принятый закон о поисковых работах и воинских захоронениях — это институциональное оформление того, чем многие ветераны и общественники занимались годами. И в этом смысле вклад таких людей, как Савельев, независимо от дальнейших поворотов их судьбы, уже стал частью большой и сложной истории сохранения памяти о войне.
get newsletter